Берта в октябре 2009 года. Крым, Рыбачье
Dec. 4th, 2019 09:03 pm Октябрь 2009 года. Крым, Рыбачье
В поезде Катовице-Перемышль какие-то аморальные уроды украли у нас фотоаппарат. Мы вынуждены были купить новый. Пока разобрались со сложным девайсом, который по умолчанию был настроен на макро-съемку, мы снимали как придется. Поэтому первые фотографии вышли очень размытыми. Но все же это – память о драгоценных минутах жизни. Жизни с Бертой.
Уже традиционно в октябре мы ехали в Крым. В поезде Берта вела себя очень воспитанно, не то, что наш теперешний Рустем, который, будучи выпущенный из клетки, перекусал бы полвагона.

Погода во второй половине октября была преимущественно пасмурной, и красочных пляжных фото не получилось. Только вот такой снимок.

Зато мы часто гуляли. Ходили в пансионат на вершине холма, который отделял поселок от дач. Он был пустой, как после Апокалипсиса или применения биологического оружия. Только пустые корпуса, хилые розы да мы с Бертой.

Пансионат располагался на вершине обрывистого холма, круто обрывающегося к морю (и снова мне интересно, что с ним сделали москальские оккупанты?). Над обрывом было много беседок, откуда можно было любоваться водной гладью.

Зато вода в море была все еще теплой. Мы купались, а Берта стояла, как капитан на капитанском мостике, в своей лодочке.


Чтобы побудить Берту поплавать без лодочки, мы бросали ей разные предметы, чтобы она достала их из воды.

И таки она влезала в море и приносила нам то палочку, то вьетнамок.

В депрессивном поселке был еще один пансионат, такой же пустынный в эту пору, как и первый.

Но там все еще цвел розарий. А по вечерам мы поднимались на ближайшие холмы. На одном из них было местное кладбище. И если бы мертвые могли созерцать окрестные виды, они бы им понравились.

Мы каждый вечер поднимались на какую-то высоту. Кроме эстетического наслаждения, этот моцион еще и сжигал лишние калории…

… и давал моральное удовлетворение от взятия пусть небольшой, но вершины.

В поезде Катовице-Перемышль какие-то аморальные уроды украли у нас фотоаппарат. Мы вынуждены были купить новый. Пока разобрались со сложным девайсом, который по умолчанию был настроен на макро-съемку, мы снимали как придется. Поэтому первые фотографии вышли очень размытыми. Но все же это – память о драгоценных минутах жизни. Жизни с Бертой.
Уже традиционно в октябре мы ехали в Крым. В поезде Берта вела себя очень воспитанно, не то, что наш теперешний Рустем, который, будучи выпущенный из клетки, перекусал бы полвагона.

Погода во второй половине октября была преимущественно пасмурной, и красочных пляжных фото не получилось. Только вот такой снимок.

Зато мы часто гуляли. Ходили в пансионат на вершине холма, который отделял поселок от дач. Он был пустой, как после Апокалипсиса или применения биологического оружия. Только пустые корпуса, хилые розы да мы с Бертой.

Пансионат располагался на вершине обрывистого холма, круто обрывающегося к морю (и снова мне интересно, что с ним сделали москальские оккупанты?). Над обрывом было много беседок, откуда можно было любоваться водной гладью.

Зато вода в море была все еще теплой. Мы купались, а Берта стояла, как капитан на капитанском мостике, в своей лодочке.


Чтобы побудить Берту поплавать без лодочки, мы бросали ей разные предметы, чтобы она достала их из воды.

И таки она влезала в море и приносила нам то палочку, то вьетнамок.

В депрессивном поселке был еще один пансионат, такой же пустынный в эту пору, как и первый.

Но там все еще цвел розарий. А по вечерам мы поднимались на ближайшие холмы. На одном из них было местное кладбище. И если бы мертвые могли созерцать окрестные виды, они бы им понравились.

Мы каждый вечер поднимались на какую-то высоту. Кроме эстетического наслаждения, этот моцион еще и сжигал лишние калории…

… и давал моральное удовлетворение от взятия пусть небольшой, но вершины.
