Рождественская проповедь (отрывок из романа)

[credentes]

Завтра я уезжаю и меня 10 дней не будет. Не знаю, как насчет доступа в нет, не уверена.
Я собираюсь со временем публиковать это полностью, но как в суматохе ничего в голову не приходит, хочу разместить пока что этот отрывок.
И вообще, с Рождеством!

Двое средних братьев, Раймонд и Бернат Маури, тоже вернулись в Монтайю, вслед за старшими братьями, чтобы встретить Рождество в кругу семьи. Оба юноши принесли с собой несколько медных монет и кое-какую провизию; с этой осени Раймонд стал пастухом на зимних пастбищах в низине, между Памье и Саверденом, а Бернат занимался покраской шерсти у своего хозяина в Тарасконе. Худые и нескладные, они теперь выглядели на тринадцать или четырнадцать лет. Этим вечером вся семья была в сборе, вернее, почти вся, потому что Раймонда Марти явилась домой всего лишь на минутку, чтобы обнять своих родных. Она, видите-ли, помогала своей свекрови готовиться к празднику. А сейчас она пошла на рождественскую мессу к Пейре Клергу, в церковь Святой Марии во Плоти, всю сияющую от зажженных свечей. Азалаис тоже послала Гильельму принести настоящую восковую свечу. Ведь в это же самое время, в доме ткача Эн Маури, в большой тайне, добрый человек Фелип де Талайрак произносил проповедь о Рождестве. Дверь была плотно закрыта на тяжелый засов. Двое братьев, Бернат и Раймонд, стояли, прислонившись к двери, чтобы ответить, если вдруг кто-то настырный будет стучаться.  Некоторые соседи, кому вполне можно было доверять, тайно присоединились к семье Маури: это были Гийом Бенет, Раймонд Белот, Пейре Маурс, тесть старшего брата Гийома Маури, а также старая Гильельма Бенет, опирающаяся на руку Азалаис. В очаге мерцали тлеющие угли. Все собравшиеся приветствовали доброго человека и попросили его благословения: мужчины трижды обнялись с ним, а женщины просто поклонились, не прикасаясь к нему. И вот маленькое собрание затаило дыхание. Одни расселись по лавкам, другие скрылись в полумраке комнаты. Гильельма была в первых рядах верующих. Она стояла, опираясь на двойную дощатую стену. Рядом с ней пристроился Жоан, обводя собравшихся немного сонным взглядом. Проповедник сел за стол. Возле него стоял Пейре Маури, держа в руке книгу. Азалаис Маури принесла вторую восковую свечу, зажгла ее и поставила на стол. Стало светлее.

Добрый человек Фелип де Талайрак проповедовал о сегодняшнем празднике, о Рождестве Господа Нашего.

- Это день радости! – провозгласил он. – Ребенок, появившийся в этом мире, это Сын Божий, и Он пришел, чтобы спасти людей. Но знайте, что это не был ребенок из плоти и крови, - уточнил молодой монах с ласковой улыбкой, на миг мелькнувшей в пляшущем пламени свечей. – Не думайте, что Сын Божий был унижен до того, чтобы воплотиться в земное тело при помощи женского тела. Жалкая плоть, обреченная на погибель, как и все видимое, обреченное на разрушение, страдание и смерть в этом мире - от дьявола и мира сего. Бог никогда не создавал того, что приводит к смерти. Сын Божий появился в человеческом теле только по-видимости, Он прошел через Деву Марию как божественный свет, хранимый под спасительной сенью. К тому же, мы считаем, что и Богоматерь была ангелом небесным, как и святой Иоанн Евангелист: оба они были посланы, чтобы помочь Господу Нашему осуществить Его земную миссию. Появившись в образе младенца перед Девой Марией, Христос ходил среди людей в образе человека. Однако он был лишь по-видимости распят и по-видимости умер. Он был Богом, а Бог не может умереть. Когда Господь Наш появился в этом мире в образе ребенка, то уже тогда Он принадлежал к вечной славе Божьей. Его воскресение, видимое апостолами после Его якобы смерти, было ни чем иным, как окончательным выявлением Его истинной божественной природы.

- Зачем же Он пришел, в таком случае, если не для того, чтобы умереть за наши грехи? – спросил вдруг Пейре Маурс и поднялся со своей лавки.

Гильельма почувствовала, как во весь рот зевает прислонившийся к ее боку Жоан. Сконфуженная, она все же хранила молчание. У ее ног малыш Арнот качался и кувыркался на соломе и сосредоточенно облизывал один за другим свои пальцы.

- Он пришел, чтобы спасти наши души! – торжественно заявил Фелип. – Братья и сестры, знайте, что все мы, существа человеческие, появились в этом видимом и обреченном на разрушение мире, в этих обреченных на гибель телах потому, что их создал дьявол в земле забвения. Но души наши – это дети Божьи. Соблазненные лживым обманом, они были заключены дьяволом в плащи плоти, в телесные тюрьмы, и они уснули и забыли свою небесную родину.

Он повернулся к Пейре Маури, который протянул ему книгу Святого Писания, и порывисто открыл ее. Пейре взял со стола свечу и осторожно поднял ее над книгой, а Фелип стал читать: „ Гляньте, как сказано в книге Псалмов: «На реках вавилонских, там сидели мы и плакали, вспоминая о Сионе…Там пленившие нас потребовали он нас слов песней, а притеснители наши – веселья: пропойте нам из песней Сионских. Как нам петь песнь Господню на земле чужой? Если я забуду тебя, Иерусалим, забудь меня, десница моя…» Фелип закрыл книгу, глубоко вздохнул и заговорил напевным тоном, как проповедник с кафедры:

 - Увы, зло ослепило нас, и мы забыли… Этот мир для нас чужая земля, земля забытья, как и святой Иоанн сказал в своем Евангелии: «Царство Мое не от мира сего.» Но теперь радость настала для нас: пришло от Отца Небесного божественное дитя, чтобы вернуть нам память и знание о Спасении. Он пришел, Господь Наш, чтобы показать нам, в своем святом Евангелии, как нам достичь Царствия Отца. Он пришел, как Слово из уст Духа Святого, чтобы показать нам дорогу к спасению. В своем Евангелии Он научил нас, что все мы были изгнаны из рая из-за гордыни, соблазна и лжи дьявола, но что все мы вернемся в Иерусалим небесный благодаря послушанию, истине и вере…И это есть путь правды и справедливости апостолов и добрых христиан. Этот день для нас – день радости, - заявил молодой проповедник после короткой паузы.  – Братья и сестры, добрые верующие Церкви Христовой, все вы – малая отара овец, которых ведет к спасению Пастырь Добрый. Знайте, что даже если князь мира сего натравит на нас всех своих волков, то и это не помешает Господу Нашему помочь нам, одному за другим спастись из этого мира и достичь Царствия Отца Небесного, как Он и обещал нам в Своем Евангелии. И в память Его прихода в мир мы сегодня празднуем этот день…Мир на земле всем людям доброй воли. Царство Божие – это мир и покой, а наша воля добрая по благодати Христовой. Слушайте же благую весть: Христос родился. Примите же дар, который Он вам предлагает. Живите новой жизнью, вы, мужчины и женщины, и не возвращайтесь больше к старой. Истинно говорю вам во имя этого божественного младенца: ваши грехи прощены.

Гильельма радостно улыбнулась. Потом она подумала, что в этот самый момент Пейре Клерг проводит свою мессу и глядит на надушенную ручку дамы Беатрис. Он тоже говорит проповедь. А может ли он говорить так, чтобы в сердцах оставалась такая радость и умиротворение, как после слов доброго человека Фелипа?

Однако собрание верующих не могло задерживаться дольше, не подвергая себя опасности. Вот уже присутствующие обменялись поцелуем мира; вот отодвинулся тяжелый засов на двери; Гийом Маурс и Раймонд Белот вместе вышли на снег, и каждый нес с собой кувшин вина, сделанного Раймондом Маури. Рождество! Рождество! – раздавались веселые голоса по всей деревне. Азалаис, получившая поцелуй мира от Гильельмы Бенет, склонилась к своей дочери, обняла ее трижды, поцеловала ее в левую и правую щеки и легонько наискосок в губы. Гильельме тоже передалось торжественное настроение матери. В этот вечер мы празднуем Рождество. Приход божественного младенца, пришествие надежды. И ангел Божий, прекрасная дама, Дева, благословляет пастухов и их стада, госпожа страны снегов…

Анн Бренон, из романа "Нераскаявшаяся"

Comments

[ksatra.livejournal.com]

Счастливой поездки!

[credentes.livejournal.com]

Спасибо!
С уважением