Жан Дювернуа. Религия катаров. Р. III.Типологическое родство. Доктринальные топосы

 РАЗДЕЛ  III

 

ТИПОЛОГИЧЕСКОЕ РОДСТВО

 

I. ДОКТРИНАЛЬНЫЕ ТОПОСЫ

 

Новый Завет (I.2.)

 

            Независимо от того, идет ли речь о цитатах, включенных в аутентичные катарские трактаты, или о Новом Завете, который был подшит к Лионскому Ритуалу, или же о том экземпляре, в заключении которого был переписан Interrogatio Johannis в Венской рукописи[1], всегда мы имеем дело с Вульгатой.

            Аграфы, только одна из которых зафиксирована документально[2], вероятно, относятся к западноевропейским катарам, разве что они являются более ранним заимствованием.

           Имя Христа, которое в небе должно звучать как Иоанн, предполагает удаление фрагмента Иоанн, 1: 6-8 как неуместного[3]. Венгерский Новый Завет XV века, считающийся в целом гуситским, содержит купюры в Прологе Евангелия от Иоанна. Если подтвердится гипотеза Т. Кардоша[4], согласно которой на это истолкование оказали влияние боснийские патарины, можно бы было с большой долей вероятности признать, что Евангелие от святого Иоанна было лишено всех цитат, касающихся Иоанна Крестителя как Предтечи.

( Read more... )

[2] «Иисус сказал, что с этого времени Он уже не будет в руках грешников» (см. Supra., p  32).

[3]  Cм. R. Bultmann, Dаs Evangelium des Johannes, Gôttingen 1956, p. 29..

[4]  A Huszita biblia keletkezese, цит. по B. Primov, Les Bougres, Paris 1975, pp. 267-268.

[5]  Cм. R.-M. Grant, La Gnose et les origines chrétiennes, Paris 1959, p. 43, цитируется D. Flusser, The Apocryphal Book of Ascensio Isaiae and the Dead Sea Sect, в Israël Eploration Journal III, 1953, pp. 30-47; - E. Tisserant, Ascension d'Isaïe, Paris

1909, pp. 62 и далее.

[6]  Opus imp. in Mattheum, PG 13, c. 881 ; PG 11, c. 65, приближено к Евр. 11:37.

[7]  PG 42, c. 176 ; PG 41, c. 679.

[8]  In Isaïam, PL 24, cс. 622-623.

[9]  Райзенштайн (op.cit., p.312) делает безосновательную аллюзию на Тациана.

[10] Венецианская рукопись, Bibl. Marciana fonds Nanni n" 128, ex-codex Grecus II. (106-1169), incipit : π;07ελθο 'Ί όίγ^ο; Ίωζνν/,ς Τω Κυο·ω ε·'πεν, Κύ;·ε..(f° 224 r° -  227 ν ), следующая за проповедями Антиоха-монаха, Анастаса из Синоиты, Ефрема и Ипполита.

[11]  Понятие о литературной ценности данного произведения могут дать отрывки из него: «Воскресенье есть Господом, а Господин был в Воскресенье», «Агапа светлее солнца, яснее месяца, глубже моря» и т.д.

[12]  «Бог его установил. Он соединил ангела с человеком, устанавливая святое Воскресенье над всем Своим домом. Он сделал Шабат пустым и позволил во время него работать» (f 223, I. 16-19). Райзенштайн попробовал сделать определенное сравнение. Начинает он с Interrogatio , с абсолютно пустопорожнего рассуждения на тему восьмого дня. Он не мог не знать о рукописи из Библиотеки Марки, о которой вспоминают Тило и Шмидт. Скорее всего, он решил не привлекать ее к дискуссии (op.cit., p.314). Но существуют позитивные моменты в исследованиях немецкого эрудита. Добавление κοά πορι  в Ио.1:34 , легко различимое в Interrogatio (op.cit., p.304), встречается в некоторых версиях; упоминание о тридцатилетнем человеке и камне, брошенном в пропасть, фигурируют в апокрифическом откровении Иоанна, но его невозможно датировать (цит. по Райнштайну, op.cit., p.294).

[13] Et facta est faciès eius sicut ferrum calefactum, Reitzenstein, p. 299.

[14] Изд Vaillant, Paris 1952., p. 39.

[15]  bid., p. 19 ; - Reitzenstein, p. 299.

[16]  Henoch ministrum suum, et elevavit Henoch super firmamentum..., p. 303..

[17]  Apocryphes bogomiles et apocryphes pseudo-bogomiles, в Revue de l'Histoire des Religions, t. 138 (1950), pp. 22-52,176-218.