Рустем в октябре 2014 - Германия

И вот, в начале октября 2014 года мы опять в Германии. Это Весселинг, городок, лежащий на полпути от Кельна к Бонну. Вернее, даже ближе к Кельну. Он известен тем, что его жители долгое время перетягивали грузы волоком, как бурлаки на Волге. Даже фонтан этому посвящен.



( Read more... )

Последний вторник. 15 марта 1244 года. Монсегюр.

"В последний вторник я и моя сестра Фелипа пошли увидеться с нашей матерью Корбой, и там я и моя сестра "поклонились" этой еретичке и ее подругам, а заьем мы попрощались с Корбой и ее подругами и вернулись к себе"

Корба попрощалась со своими дочерьми и выбрала смерть и свет.

Раны истории все не заживают, а слезы высыхают быстрее, чем кровь.

К годовщине Монсегюра

Каким он был через времена.

Но даже зная, как выглядел Монсегюр, нужно помнить, что живут Добрые Люди даже не там, где камни этой горы, действительно ставшей для сотен людей "воротами спасения". Они живут в текстах, в словах. И потому следующий пост - перевод очередной главы из "Катарских женщин", посвящена именно 16 марта. Последнему слову катаризма.

Анн Бренон. Катарские женщины. Ч.4. 25. Приговоры инквизиторов. Последнее слово катаризма

Последнее слово катаризма

Приняв смерть из рук клерикальных палачей, вся маленькая Церковь, как и Сибилла Бэйль, как и Гийом Белибаст, показала своей смертью, что ее послание надежды лучше и возвышеннее, чем послание преследователей. Чем ожесточеннее инквизиторы уничтожали последних пастырей и бросали тем, кого считали извращенцами и преступниками, абсолютную анафему своего вечного проклятия – тем больше эти пастыри соответствовали в реальности своему евангелизму с человеческим лицом. Но, к сожалению, официальная Церковь в то же самое время очень просто лишила этих пастырей всех способов выразить эту правду, поскольку заткнула им рот как в прямом, так и в фигуральном смысле этого слова. Что на самом деле проповедовали Добрые Люди, оказавшись в капкане преследований и страданий? Конечно, они не упускали возможности высмеивать и даже оскорблять католических священников и прелатов, называя их волками пожирающими, их Церковь – злобной Церковью Римской. Конечно, они очень успешно использовали серьезные евангельские упущения своих противников, и их окончательным аргументом было резюме известной притчи о благих и дурных деревьях, о благих и дурных плодах. Этот аргумент они приводили с достаточным основанием, чтобы показать, что ни Бог, ни Церковь Христова не могут использовать зло, чтобы противостоять злу, и что по средствам зла - страданиям и насилию – можно безошибочно разгадать злого вдохновителя. Впрочем, эти аргументы были резюмированы через столетие в следующем предложении, которое принадлежит перу вальденсов, но которое, скорее всего, не могли бы не использовать катарские проповедники: «Среди гонимых и гонителей (истинные) Христиане всегда гонимы» [1]. ( Read more... )