Берта и кошки. Еще о Ксюше.

[credentes]

Справедливости ради хочу посвятить эту главу Ксюше. Я уже писала, что мы подобрали ее еще маленьким котенком в возрасте полтора месяца, на «развалинах Империи» - руинах газового завода. Котенок Ксюша и щенок Берта росли вместе, и кошку воспитывали как собаку. То есть ее выгуливали по двору без всякого поводка, разучивали с ней команды. То ли в результате дрессуры, то ли из врожденной интеллигентности, но Ксюша выросла чрезвычайно умной кошкой. Она НЕ: жрала «дождик» и не била игрушки на елке; не гадила за диваном; не выпадала с балкона, потому что рядом пролетела птичка; не бегала как орда по спящей хозяйке и не вонзалась ей когтями в лицо; не орала диким голосом у холодильника; не лямзила со стола продукты, которые не могла съесть и не затаскивала их за шкафы; не требовала кавалера, надрывно вереща денно и нощно… Одним словом, не делала никаких таких гадостей, которые обычно причиняет мне  весь род кошачьих.

            Кавалеров она находила себе тихо, и никто не знал, что она «гуляет». Она выходила во двор на непродолжительную, казалось бы, прогулку, а возвращалась уже «с животом». Котят она приводила дважды в год (большинство наших кошек – это не розданные, не нашедшие новых хозяев ее дочери и внучки). И вот, когда котята рождались, в ранее интеллигентной Ксюше просыпался звериный инстинкт. Считая Берту по умолчанию «своим котенком», Ксюша выходила с ней во двор и сразу же начинала деловито осматриваться: не идет ли кто опасный? Если же случалось появиться на горизонте какой-нибудь собаке, Ксюша грозно раздувалась, как белый шар, и с утробным рычанием кидалась, наподобие шаровой молнии, на ничего не подозревающую собаку. Причем размер и бойцовские качества псины не имели тогда для Ксюши никакого значения. О, если бы у меня тогда была мобилка с функцией камеры и я не была бы самым активным образом задействована в разнимании драки, какой видеоролик я бы выставила на YouTobe! Она разделала под орех немецкую овчарку и, хоть и покусанная, обратила ее в бегство! Нужно ли упоминать, что сама Берта, невольная виновница стычки, скромно стояла поодаль, и только лаяла, оказывая Ксюше лишь моральную поддержку?

            Пребывая в постоянном напряжении из-за детей, Ксюша становилась чрезвычайно подозрительной к надлежащей чистоте воздуха в кухне, где содержались котята: стоило чему-то на плите пригореть, как Ксюша немедленно начинала эвакуацию выводка. Так же точно она почувствовала надвигающееся аномальное похолодание. Однажды летом она родила где-то вне дома – никто не знал, в каком подвале. Однако, наступил день, вернее, раннее утро, и мы проснулись от душераздирающего мяуканья у входной двери. Мы открыли. На пороге стояла Ксюша, а у ее ног лежал котенок (в возрасте чуть больше недели, едва открывший глазки). Кошка убедилась, что мы увидели котенка, и ринулась обратно вниз по лестнице. Спустя 10 минут мы снова услышали мяуканье и, открыв, увидели еще одного котенка. Так она «осчастливила» нас пять раз. А на следующий день температура упала с + 28 до + 10 С. Прогноз погоды она слушала, что ли?

Берта и Ксюша на окне

            В стае кошек считалось, что иметь котят – престижно и выгодно. Рациональное зерно в этом было: кормящей маме мы удваивали рацион. Поэтому на выводок всегда кто-то претендовал. Кошки крали новорожденных, вылизывали их и пытались придать им свой запах. Матери в остервенении кидались на воровку, и начиналась всеобщая свалка. Поэтому Ксюша часто перепрятывала приплод, таская котят по шкафам и даже заскакивая с ними на антресоли. Последнее не нравилось Берте – она ведь не могла присоединиться тогда к Ксюше.

            Зато охотились Берта с Ксюшей сообща. Очень согласованно, как в единой стае. Однажды у нас из-под ног выпорхнул дрозд. Птица с испугу наткнулась на решетчатый забор и стала в панике биться об сетку, вместо того, чтобы подняться выше и улететь. Ксюша и Берта, как по команде, стали заходить с разных флангов, и только оказавшийся так кстати в моих руках зонтик, которым я дала по жэ и той, и другой, спас птице жизнь.

            Теперь – я в это верю – они вдвоем там, где не надо охотиться, где лев ляжет подле ягненка, и где каждая душа любит другую.