Когда последний враг истребится

[credentes]

В дни, когда вся христианская земля украшена рождественскими ярмарками, повсюду стоят нарядные елки, люди пьют горячее вино и портер, на улицах дети поют «Тихая ночь», как не преисполниться праздничным настроением, не заразиться всеобщим весельем? Родители приводят детей посмотреть на шопку – так в Украине и Польше называется реконструкция грота, где Иосиф и Мария нашли себе приют на ночь («потому что не было им места в гостинице» (Лук. 2:7). Ясли, притрушенные сеном, осел и вол, согревающие своим дыханием Младенца, Иосиф, стоящий, как и подобает, в тени этой сцены, Мария, в молитвенном жесте сложившая руки перед Сыном, коленопреклоненные пастухи с ягнятами, а чуть поодаль – спешат волхвы с дарами. И конечно, ключевой фигурой этой шопки является Младенец в яслях. Кое-где - шедевр, вырезанный из кости или дерева, кое-где – просто пластиковый пупс или сусальный продукт поставленного на поток религиозного производства идолов. Но людям нравится. Младенец так беззащитен, а Мария так хороша собой, что зрители в умилении застывают. Материнство в самом апогее его славы. Вот она – реабилитация женщины в глазах ортодоксального христианства: «впрочем, спасется через чадородие…» (1Тим.2:15).

            Но был ли факт рождения ребенка – пусть и девственницей – главным делом Бога? Дети рождались и до, и после Иисуса Христа. Молодые матери, расцветшие от рождения первенца, приковывали к себе восторженные взгляды. Не прославлять материнство, не умиляться красоте и невинности дитяти требовал от нас Бог. Ведь сказано: «Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.» (Иоан.3:16). И ангел Его возвестил пастухам не весть о рождении пухленького младенчика, не на красоту Марии побудил их идти смотреть, но сказал им Ангел Господень: «не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом Спаситель, Который есть Христос Господь» (Лука 2:10-11).

            Ни в коей мере не отрицая умильности детства и красоты молодой девушки и женщины, Добрые Люди все же делали иной акцент на празднике Рождества Христова. Прежде всего, они отрицали человеческую природу Христа в том смысле, что предполагали божественную природу у людей. Он был свет истинный, хлеб, сошедший с небес, Он был Слово. Как может Тот, кто сошел с небес в мир для спасения рода человеческого, быть в теле, которое сотворил хозяин мира? В плоти, которая есть тюрьмой души, одеждой забытья? Он пришел в подобии плоти, неподвластной греху. «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины» (Иоан.1:14).

А Мария – была ли она только женщиной из плоти и крови? Может быть, но некоторые Добрые Люди верили, что она – это образ их Церкви, тех, кто «ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Иоан.1:13). И принадлежность к Церкви апостолов – Марии, сияющей во тьме мира сего – давала Добрым Христианам такую же власть спасать души, какой обладал и Сын Божий. 

Верить можно как угодно, но все же дело в открытии небес, чтобы взыскать все погибшее, захваченное злом и временно похищенное. Чтобы отныне люди видели небо отверстым, и Ангелов Божиих восходящих и нисходящих (Иоан.1:51). Церковь Божия должна была существовать до конца времен, пока последняя душа не вернется в небесную отчизну. И что же? Господь Наш вознесся на небо, за ним ушли Добрые Христиане… Церковь Божья пропала из этого мира, как говорят реалисты, сошла с исторической сцены. И нам только и остается, что елка да шопка. Топить легкую грусть в глинтвейне, осознавая, что эпоха чудес закончилась. Но я все же вспоминаю рождественскую проповедь катарского епископа Жирота Абита в осажденном Кабарет, в 1227 году: несмотря на войска противника и безнадежное положение дел, он закончил ее ритуальными словами: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» (Лука 2:14). Может, не все еще потеряно? Ведь дело Божье не может окончиться фиаско. Останемся верными, и, увидев звезду, возрадуемся радостью весьма великою. (Матф.2:10)
Потому что тогда очень реальна надежда на то, что последний враг истребится - смерть.

С Рождеством!

Comments

[raimon-lo-fol.livejournal.com]

Конечно, прорвёмся. Главное, не опускать рук.
В Париж возвращаюсь 28 декабря, ибо надо успеть многое сделать.

С уважением.