Русстем во второй половине августа-начале сентября 2019 года. Кинбурн, ныне оккупированный

[credentes]

 Рустем в конце августа-начале сентября 2019 года. Кинбурн, ныне оккупированный

А вот и пески Кинбурна, словно Мальдивы, но теперь недосягаемые, оскверненные оружием рашистов и их военными. Но они словно переселились на небо, и я их все еще помню. Я весь был в этом песке.




А вот я плаваю в своей тогдашней лодочке, в виде машинки




Отдыхаю на базе у Димы. Что теперь с ней сталось? Наверное, она тоже сгорела, как и все там.


Утром на бесконечном, безлюдном и небесном пляже Кинбурна. Теперь его больше нет


Пытаюсь знакомиться с морскими обитателями


Когда настает день и приходят люди


А это с другой стороны Кинбурнского причала. Здесь народ начинал приходить намного позже


Вечер – мое самое любимое время. Я тогда по-настоящему чилил на пляже


А это мы идем с пляжа домой. Я что-то зачуял на соленом озере



Ох уж эти соленые озера. Вам самое место в раю



Идем домой с пляжа. Впереди – сиеста


Красные водоросли, которые пахнут арбузом. Никогда не забуду этот запах


Это было настоящее наслаждение вот так лежать



То был последний день лета, но на Кинбурне оно еще продолжалось



Я в степи наслаждаюсь жизнью. Она тоже пребудет со мной в раю



Постепенно настал сентябрь, но мы этого не замечали. Это мы идем с пляжа через сосновый лес



Я на страже, даже когда отдыхаю




По вечерам мы ходили на причал к лиману




И снова на террасе у Димы. Пусть ее больше нет. Она всегда пребудет со мной



И пусть дворик Димы тоже останется тут навсегда



И эта качалка



Вечер на пляже. Мое любимое время



А потом мы поехали домой. На этот раз мы решили проехать по всей косе на огромном «Урале». Это мы фотографируемся возле его колес




А это лиманы…



Кинбурн переживал все. Переживет и русских. Жаль, что я этого уже не увижу