Берта как принцесса

На пляже Берта требовала свое собственное полотенце, потому что на голой земле лежат одни собаки.


Кстати, к присутствию других собак на пляже Берта относилась крайне негативно, и гоняла их, даже когда те были намного крупнее ее. У меня такое подозрение, что Берта не считала себя в полной мере собакой, но каким-то особым подвидом человекообразных, потому что копировала наши привычки. Например, манеру загорать, вырабатывая на пузе равномерный бронзовый оттенок.


 В случае особо злого солнца Берта требовала тени,

а когда начинало холодать –

 укутывания  (и мягкой подушки из водорослей). Если же случалось такое безобразие, что подлые хозяева забывали расстелить Берте ее персональное полотенце, она без промедления влезала на хозяйское лежбище.

И устраивала там кавардак.

 А если не было лежбища, то всегда были дружественные колени, где можно было с комфортом умоститься, чтобы не уподобляться грязным животным

Жан Дювернуа. Религия катаров. Ч. II Р. VIII. Культура и катаризм. Продолжение 5

 VIII.3.2 ПОДЗЕМНЫЕ УБЕЖИЩА И ГРОТЫ

             Точно так же катарам приписывали ритуальные собрания в гротах или подземельях. Объектом легенд, распространяемых вначале романтическим историком Наполеоном Пейра, а затем Blue Guide[1], в особенности сделались гроты верхнего Арьежа (от Ломбрива до Усат и Орнолак). Хотя не было выдвинуто ни одного критического аргумента, можно, впрочем, догадаться, что внимание в этом случае привлекли различные аллюзии, содержащиеся в источниках того времени.

            Статуты Раймунда VII от 20 апреля 1233 года требуют разрушить или закрыть «все подозрительные и удаленные от человеческих жилищ строения, укрепленные гроты (spelunce infortiate) и подземелья (clusella) в подозрительных или уличенных местах»[2]. Аналогичные распоряжения были приняты на соборе в Нарбонне в 1246 году[3].

           

( Read more... )